ДИКИЙ ГОЛУБЬ

1958–1968

ПОРТРЕТ
Павлу Нилину

Блокада. Ночь. Забитое окно,
Мигающих коптилок тусклый свет.
Из мрака возникает полотно.
Художник пишет женщины портрет.
Она сидела, голову склоня,
И думала в голодном полусне:
«Вот я умру… А что-то от меня
Останется на этом полотне».
А он писал в мигании огня
И думал: «На войне как на войне.
Пусть я умру! Но что-то от меня
Останется на этом полотне».

1958
ВЫШКИ

Когда вокруг тебя пустыня,
Когда ещё далёк привал,
В тебе рождается гордыня:
Вот, дескать, где я побывал!
И вдруг, как мудрую усмешку
Людей, что до тебя прошли,
То вышку, то простую вешку,
Смутясь, увидишь ты вдали.

1958
ДИКИЙ ГОЛУБЬ

Близкое порою нас не тронет,
А чужое кажется родным.
Не поймешь, хохочет или стонет
Дикий голубь голосом грудным.
Чуть примолк и начинает снова,
И зовет меня в степную даль.
И душа по-прежнему готова
Все принять – и радость, и печаль.
Как предтеча музыка и речи,
Речи, что не выльется в слова,
Рвётся голос страсти человечьей
Из груди иного существа.
Вот и сам певец. Степенный. Кроткий.
Кроток, кроток, а не приручён!
Ходит он пружинистой походкой,
В сложенные крылья облечён.
Лучшая одежда – это крылья.
Хорошо сидит, прочна, легка.
Не боится ни дождя, ни пыли.
И уносит нас под облака.
Вот сейчас расправит крылья голубь,
И они послушно понесут
Радужною грудью скрытый голос,
Голосом наполненный сосуд.

1958, 1962
ПЕСОК

Боролось море со скалой
Десятки тысяч лет.
Скала исчезла с глаз долой,
Скалы пропал и след.
Пропасть пропал, да не вполне.
Песок остался жив.
Песок, отрезав путь волне,
Загородил залив.
И не могла понять волна,
Ломая берега,
Что нажила себе она
Могучего врага.
И не могла узнать скала,
Утратив облик свой,
Что и она свое взяла
И что не кончен бой.

1958
ЧЕРЕПКИ
Виктору Бокову

Нет ничего прочней,
Чем битая посуда.
Что происходит с ней?
С ней происходит чудо.

Хрупка и коротка
И стоит слишком мало
Жизнь чашки и горшка
И звонкого бокала.

Зато у черепков,
Осколков и обломков
В запасе даль веков,
Признание потомков.

1958
ПЯТАЯ НОГА

Один портной на свете жил,
И, если верить слуху,
Собаке ногу он пришил
В передней части брюха.

Собаку пятая нога
Как будто подкосила.
Собаке пятая нога
Движенья тормозила.

Портной воскликнул: «Я не прав!
Но пусть увидит всякий:
Что, ногу лишнюю убрав,
Я жизнь верну собаке»…

Увы! Нога уже была
Живою частью тела.
Собака боли не снесла.
Собака околела

Как видно, пятая нога,
Пришитая искусно,
Бывает тоже дорога.
И это очень грустно.

1958
ПОДСОЛНУХ

Всё утро дождик… ничего весёлого.
Но есть у солнца друг – один из лучших.
Упрямо поворачивая голову,
Он ищет солнце, спрятанное в тучах!

<«Литература и жизнь». 1958>

* * *

Давно ль я начал бриться,
И вот уже мне тридцать.

1958
ЛЮБИТ–НЕ ЛЮБИТ

На ромашке гадать,
Лепестки обрывать
Я не стану. Прошли времена…
Может к сердцу прижать,
Может к черту послать.
И не любит, и любит она.
Все ответы цветка совершенно верны.
Удивительный нрав у любимой жены.

1958
СПЯЩАЯ ЦАРЕВНА

Висела на стене картина.
И для хозяина она
Привычней стала, чем гардина,
Чем люстра и сама стена.

И те друзья, что навещали
Из года в год его жильё,
Её совсем не замечали,
Совсем не видели её.

Она, как спящая царевна
В плену у злого колдовства,
Забыта жизнью повседневной,
Ждала чего-то, чуть жива.

И может ей хотелось крикнуть
Хоть раз, обиды не тая:
«Да как ты мог ко мне привыкнуть?
Вглядись, ведь я – любовь твоя!»

1958
ВРЕДНАЯ ПИЩА

Если будешь пить чуть свет
Молоко с ватрушкой,
Будешь ты и в двести лет
Бодрою старушкой.

– Убери скорее прочь
Молоко с ватрушкой!
Не хочу, – сказала дочь, –
Делаться старушкой!

1958
ЖИТЬ-ЖИТЬ-ЛЮБИТЬ

«Жить-жить-любить! Жить-жить-любить!» –
Звучит из чёрного куста.
«Жить-жить-любить! Жить-жить-любить!» –
Как эта песенка чиста.
А где ж певец? «Жить-жить-любить!»
Подходим ближе. Вот те раз!
А он своё «жить-жить-любить!»
Свистит и не боится нас.
Чего бояться? Жить-любить!
Любовь – и больше ничего!
Но погляди – «жить-жить-любить!» –
Кружит подружка близ него.
Пускай кружит! «Жить-жить-любить!» –
Он так искусством увлечён –
«Жить-жить-любить! Жить-жить-любить!» –
Что и её не видит он!

1959

* * *

Как много стало молодежи!
Нет, это сам я старше стал.
Ведь многих, будь я помоложе,
Я б молодыми не считал.
Нет, я поэт ненастоящий,
Я всё на свете упустил.
О молодости уходящей
И то в свой срок не погрустил.
А как грустят по ней поэты
Лет в двадцать или в двадцать пять!
Теперь не про меня всё это.
Теперь мне нечего терять!
Как много стало молодежи!
День ото дня, день ото дня
Мир делается все моложе
И все новее для меня.

1959, 1970
СКАЗКА
Корнею Чуковскому

Недаром дети любят сказку.
Ведь сказка тем и хороша,
Что в ней счастливую развязку
Уже предчувствует душа.
И на любые испытанья
Согласны храбрые сердца
В нетерпеливом ожиданье
Благополучного конца.

1959
СТРЕНОЖЕННЫЕ КОНИ

В нелепо-радостной погоне
Прыжками, будто кенгуру,
Бегут стреноженные кони
И вьются гривы на ветру.

Покажем, мол, что мы не клячи,
Что наше место – на бегах.
На четырех, мол, всякий скачет,
А поскачи на трех ногах!

1959
БЛАГОПОЛУЧИЕ

Сошла земляника. Черника поспела.
В лесу чистота и уют.
А птицы чирикают только по делу,
Но песен, увы, не поют.

1959
НОЧНЫЕ ГОЛОСА

Горит костёр, и дремлет плоскодонка.
И слышится всю ночь из-за реки,
Как жалобно, взволнованно и тонко
Своё болото хвалят кулики.

1960
ТИШИНА

Глядится в воду сумрак бора.
Торжественно встаёт луна.
И слышу я сквозь шум мотора:
«Смотри, какая тишина!»

1960

* * *

А что касается зеркал,
Не в них я верности искал.
Не нам, а этой вот минуте
Они верны. И всё равно
Они не отражают сути
Того, что в них отражено.

1960
В РАЗЛУКЕ

Ну как я без тебя живу?
Грущу во сне и наяву.
А как наш город? С каждым днём
Красивых женщин больше в нём.

1961
ЭХО

– Дом пустой?
– Нет, эхом полон дом! –
Девочка смеётся.
– А потом?
И ответ весёлый, но зловещий:
– А потом его съедают вещи!

1961
ГОРЕСТНАЯ ЗАМЕТКА

Стареем мы… Любая чепуха
Для нас важней хорошего стиха.

1962
КОРНЕЮ ЧУКОВСКОМУ

Нам жалко дедушку Корнея:
В сравненье с нами он отстал,
Поскольку в детстве «Бармалея»
И «Мойдодыра» не читал,
Не восхищался «Телефоном»
И в «Тараканище» не вник.
Как вырос он таким учёным,
Не зная самых главных книг?!

1962
НАДПИСЬ НА СПРАВОЧНИКЕ
ТВОРЧЕСКОГО СОЮЗА

Пухлый справочник Союза.
Телефоны. Адреса.
Хоть к кому-нибудь, о муза,
Загляни на полчаса!

1962
ВЕСНА В ПУСТЫНЕ

Ах, весна, твоими чарами
Околдован наш отряд.
Черепахи ходят парами
И коробками гремят.
На барханчике тюльпанчики
Не пески – цветущий луг.
Свищут суслики, тушканчики
О любви мечтают вслух.
Ураганы вместе с пылью
Ароматы к нам несут,
И бараны щиплют лилии,
И фиалки ест верблюд.
Но кончается приволье.
Зной великий настаёт.
Кустик перекати-поля
Из себя корзину вьет.

1963, 1970

* * *

Как я люблю рождение огня,
Моих костров скитальческий исток,
Когда дрожит в ладонях у меня
Нетерпеливый жаркий лепесток.

1963

* * *

Опять робея, веря и не веря,
Примчишься, под собой не чуя ног,
Не просто перед дверью, а в преддверье
Замрёшь, нажать не смея на звонок.
Недолго нерешительность продлится.
Но молодость не кончилась, пока
Сначала сердце в двери постучится,
Потом к звонку потянется рука.

1966

* * *

Писать стихи полезно для здоровья.
Пьян без вина. Прогулки дотемна.
А если их и вправду пишут кровью,
То написал – и кровь обновлена.
Ты распрямился. Ты глядишь победно.
Печататься – вот что бывает вредно.

1966
ВОКРУГ ДЕЛА А. СИНЯВСКОГО
И Ю. ДАНИЭЛЯ

Поздно ночью КГБ
Не ко мне пришло. К тебе!
За тобой, а не за мной!
Слава партии родной!

1966
ТЕНЬ

Нет на земле теней
Послушней и верней,
Чем собственная тень.
Но лишь она одна,
Послушна и верна,
Не спрячет, не поможет,
Спасти тебя не сможет
В пустыне в знойный день.

1967

* * *

Опять кладу я компас на ладонь.
Щелчок – и стрелка чуткая на воле.
И, как от пут освобожденный конь,
Дрожит она в родном магнитном поле.

1967
ФЛЯГА

Фляга с черепахой очень схожи.
У обеих панцирь вместо кожи,
Обе круглобоки и плоски,
У обеих горлышки узки.
Фляга, фляга, странница, бродяга!
Черепахой стань, скрипя как скряга,
Медленно отмеривай глотки.
Впереди – пески.

1967
ГОРЛИНКА
Эдуарду Бабаеву

Болен. Лежу в палатке.
Читаю хорошую книгу.
Стол. Закопченный чайник.
Роза в помятой кружке.
Вдруг отрываюсь от книжки.
Что там случилось? Птица!
Птица на тонких ножках
В ярком просвете двери.
Крошки нашла, поклевала
И на меня взглянула
Выпуклым круглым глазом.
Птица в ярком просвете,
Роза в помятой кружке, –
Я этого мог не увидеть,
Читая хорошую книгу.

1967
МИРАЖ

Пески преобразились в пляж.
Река блестит. Леса густые
В ней отражаются. Мираж!
Ты – память или мечта пустыни?

1967

* * *

Другому ты привет передала,
Другое имя крикнула смущенно.
И словно вспыхнул свет из-за стекла
Готового отправиться вагона.

Негаданно–нежданно встречен мной
И не ко мне стремился в час прощальный
Полузабытый, но такой родной
Горячий взгляд любви первоначальной.

1966


* * *

Бессонница. Тоска. Ревнивый бред.
Кто говорит: любви на свете нет?
Каков же должен быть источник света,
Когда такою тенью мир одет?



* * *

Разлюбила и сама же не заметила,
С виду тихая и милая жена.
Просто там не проводила, здесь не встретила,
Тем обижена, другим раздражена.

Обвиненья превратятся в оправдания,
И в семье себя почувствуешь как гость,
И покажется, что с первого свидания
Незаметно разлученье началось.



* * *

И, значит, мысли, строчки,
Беседы, смех друзей
Шли не к тебе, а к дочке,
Молчавшей в уголочке
Над куклою своей.



* * *

Вот уж кто не певец никакой.
И не тем, так сказать, интересен.
Дребезжащий, неверный, глухой,
Этот голос совсем не для песен.
Но пою. Понимаешь, пою,
(У тебя мои песни в почёте),
Чтобы голову видеть твою
В горделивом её повороте,
Чтоб в глаза поглядеться твои,
Чтоб они и сейчас заблистали,
Чтобы пусть не о нашей любви –
О любви твои губы шептали.



* * *

Рассвет. Сокольники. Поляна.
Нам вместе ровно сорок пять.
Когда уходишь, как-то странно
Такие вещи вспоминать.
На наши первые объятья
Глядит последняя звезда.
Пусть запоздалые проклятья
Их не коснутся никогда.

1966–1968

* * *

Видно, от доски до доски
Я перелистал словарь тоски,
Знал я все слова наперечёт,
А теперь додумался до сути:
Скорбь и впрямь скребёт
Печаль печёт,
Грусть грызёт,
Беда наотмашь бьёт,
Мука мутит, а кручина крутит.

<«Юность» 1968, № 5»>

ВЕСЕЛЫЕ НАУКИ

АРХЕОЛОГИЯ

Вещь – это весть.
С веками вещи
Приобретают голос вещий.

АСТРОЛОГИЯ

(Прогноз для астрологов)

Телец Дракона забодал.
Грозит астрологам скандал.
Расположенье звезд угрозу
Несёт любому их прогнозу.

АСТРОНОМИЯ

Когда в вечернем небе звёзд не счесть,
Что говорить, величье в этом есть.
Но ведь оно и в том заключено,
Что все они сосчитаны давно,
И в обозримом небе нет миров
Без имени, без букв и номеров.

БАКТЕРИОЛОГИЯ

Незаметные бациллы
Нас доводят до могилы,
И ничтожнейший микроб
Загоняет прямо в гроб.
А скелет с косою длинной –
Образ грозный, но невинный

БОТАНИКА

Под забором у края степей
Сладко спал одинокий репей,
Спал и видел прекрасные сны,
Как он вцепится в чьи-то штаны,
В волчий хвост или в заячью грудь
И в далекий отправится путь.

ВОЗРАСТНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Быть взрослым очень просто:
Ругайся, пей, кури,
А тех, кто меньше ростом,
Тех за уши дери.

ГЕНЕТИКА

Плодовых мушек век короткий
Стал для генетиков находкой.
Сегодня – первое знакомство,
А завтра – дальнее потомство.
И эти мухи-дрозофилы
Науке отдали все силы.

ГЕОМЕТРИЯ

Геометр отправился в Египет
Посмотреть на параллелепипед.
И представьте вы его обиду,
Он увидел только пирамиду!

ГЕРАЛЬДИКА

Медведь ярославский, кудлатый
Шагает, как знамя, подняв
Секиру, которой когда-то
Убил его князь Ярослав.

ДЕЛОПРОИЗВОДСТВО

«Дана Козявке по заявке справка
В том, что она действительно Козявка
И за Козла не может отвечать».
Число и месяц. Подпись и печать.

ДЕМОГРАФИЯ

Рост населения глобальный –
Факт, разумеется, печальный:
Планета не прокормит нас.
Но ведь и тех, кто гениальны,
На свете больше в сотни раз.
Когда их будет миллион,
Ужель не будет мир спасён?

ДИАГНОСТИКА

Один укол стального жальца –
Анализ крови сделан мне.
Он, правда, высосан из пальца,
Но убедителен вполне.

ДИАЛЕКТИКА

Кто поезда на полустанке ждёт,
Глядит назад, мечтой летя вперед.
Да, все до одного туда глядят,
Хоть никому не хочется назад.

ЗООПСИХОЛОГИЯ

«Собачья жизнь!» – сказала кошка.
И легче стало ей немножко.

ИСТОРИЯ АРХИТЕКТУРЫ

Все на свете интерьеры
Начинаются с пещеры.

ИХТИОЛОГИЯ

Как изучают жизнь акул,
Привычки, нравы и повадки?
А вот как: крикнут «караул»
И удирают без оглядки.

КОСМОГОНИЯ

Древним истинам не верьте.
Мир красивый, да не тот.
Называли небо твердью, –
Крепче камня небосвод.
Твердь наукою разбита, –
Пустота над высотой.
Лишь летят метеориты,
Как обломки тверди той.

КРИМИНАЛИСТИКА

Одет прилично. Гладко выбрит.
Кто знал, что он бумажник стибрит?

КРИТИКА МОДЕРНИЗМА

Действительность не бред собачий.
Она сложнее и богаче.

МЕЛИОРАТИВНОЕ ДЕЛО

– Я – не канава. Я – поток!
– Уж больно ты прямой, браток.
Поток свернет налево, вправо,
Крив, да правдив. А ты – канава!

МЕТЕОРОЛОГИЯ

Сто лет погоду наблюдали.
Такой, как нынче, не видали!

МУЗЕЕВЕДЕНИЕ

Почтительно мы посещаем дворцы,
Которые с яростью брали отцы.

ОРНИТОЛОГИЯ

Блещут перья на павлине –
Заглядение одно!
А прекрасной половине
Красоваться не дано.
Всё – ему, а что же – ей?
Всё не так, как у людей!

ПАТОЛОГОАНАТОМИЯ

Один патологоанатом
Уж до того ругался матом,
Что, не стерпев, покойник ожил
И надавал ему по роже.

ПЕДАГОГИКА


Что делать, чтоб младенец розовый
Не стал дубиной стоеросовой?

ПЛАНЕТОЛОГИЯ

Две стороны, как у медали,
У нашей спутницы Луны,
Но лишь недавно увидали
Луну с обратной стороны.
Из века в век на небосклоне
Блестит всё тот же круглый лик…
Как плохо, как односторонне
Мы знаем спутников своих.

ПОЛИТЭКОНОМИЯ

Всё дорожают бомбы и ракеты.
Выходит так, что жители планеты
Сегодняшним оружием убить
Дороже, чем обуть, одеть и накормить.

ПСИХИАТРИЯ

Кто мыслит не от сих до сих,
Тот – псих.

ПУШКИНОВЕДЕНИЕ

Чего не знал великий Пушкин?
Не знал он ни одной частушки,
Не видел ни одной матрёшки
В их лакированной одежке.
Берёзу символом Руси
Не звал он, Боже упаси.
Она при нём для этой роли
Не подходила. Ей пороли.

СЕКСОЛОГИЯ

В любви основа всех основ –
Осуществленье наших снов,
И самых поэтичных,
И самых неприличных.

УФОЛОГИЯ

Ведьма, сев на помело,
Превратилась в НЛО.
Снова леший козни строит,
Но теперь он – гуманоид.
Пересел в тарелку джинн,
Устарел его кувшин.
Все живут в другой галактике
И летают к нам для практики.

ФИЗИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ

«Земля имеет форму шара», –
Однажды заключил мудрец,
За что его постигла кара,
И страшен был его конец.
Мир оказался не готов
Жить без поддержки трех китов.

ФИЛОСОФИЯ

В запасе вечность у природы,
А у людей – лишь дни и годы,
Чтобы взглянуть на вечный путь
И разобраться, в чем тут суть.

ЭКОЛОГИЯ

Пусть будущие поколенья
Не скажут с болью сожаленья:
«Жил-был смешной пушной зверёк.
Но мир его не уберёг».

ЭНТОМОЛОГИЯ

Таракан боится света,
Но его спасает это.

ЭСХАТОЛОГИЯ

Когда и впрямь наступит Страшный суд,
Тогда ни принадлежность к поколенью,
Ни к нации какой, ни к учрежденью,
Ни членство в партии, ни должность, к сожаленью,
Нас не спасут.
Там каждому из нас по одному
За всё ответить надо самому.

ЭТИКА

Соразмеряйте цель и средства,
Чтоб не дойти до людоедства.

ЭТИМОЛОГИЯ

– Что такое «лирика постельная»?
– Ну, конечно, песня колыбельная!
– Что такое «бабник»? – Знать пора б!
Тот малыш, кто лепит снежных баб.

ЭТНОЛОГИЯ

Национальные идеи
Воспламеняют тьму людей.
«Мы – ангелы, а вы – злодеи!» –
Суть этих пламенных идей.

ЮРИСПУНДЕЦИЯ

– Он – ответчик. Истица – я.
Рассуди нас, юстиция.

1956–1990-е

Новости

Случайное фото

 

Офорт Татьяны Александровой. Из архива Вадима Прохоркина В. Берестов. 1946 С Риной Зеленой и Геннадием Снигиревым. 1967 С Татьяной Александровой. Ок. 1976 Около 1980 Друг Берестова, филолог и поэт Эдуард Бабаев читает лекцию на факультете журналистики МГУ. 1980 Калуга. Дочь Марина и брат Дима. 1996

Обновления сайта